Дорогие друзья, в этом году хадж к святым местам в Мекке совершили 22 с половиной тысячи российских мусульман.

И среди них была Ольга Сергеевна Павлова – кандидат педагогических наук, доцент  кафедры этнопсихологии и психологических проблем поликультурного образования в Московском государственном психолого-педагогическом университете. Ольга Павлова, имеющая исламское имя Алия, является заместителем главного редактора журнала "Минбар. Исламские исследования", а также председателем правления Ассоциации психологической помощи мусульманам. Вместе с Ольгой Сергеевной в хадже побывал и ее супруг – Али Вячеслав Полосин, доктор философских наук, кандидат политических наук, заместитель директора  "Фонда поддержки исламской культуры, науки и образования".  
 
Сегодня Ольга (Алия) Павлова – гость нашего радио.
 
 – Салам аллейкум, Ольга.
– Ва аллейкум ассалам ва рахматукллахи ва баракатух, уважаемая Аида.
 
Я очень рада, что, несмотря на свою занятость, вы нашли время дать интервью нашему радио. Вы недавно вернулись из хаджа – это один из столпов ислама и мечта жизни каждого соблюдающего мусульманина. Это ваш первый хадж в жизни?
– Да. Это был мой первый хадж.
 
Вы могли бы поделиться с нашей аудиторией, как вам Бог дал такую возможность?
–  По милости Всевышнего, это произошло для нас совершенно неожиданно. На самом деле, я мечтала попасть в хадж с самого начала – с того момента, как приняла ислам, а этому уже более пяти с половиной лет.  Я всегда думала о том, что я поеду в хадж. Но я хотела совершить это паломничество, когда я выйду замуж, и обязательно со своим мужем. Почему-то у меня был именно такой вот ният – мне казалось, что очень важно совершить паломничество именно в супружеской паре, чтобы вместе переживать чувства, связанные с хаджем, вместе потом всю эту энергию, которая там зародилась, аккумулировать в своей семейной жизни. Поэтому я всегда Всевышнего просила о том, чтобы вместе с мужем совершить хадж. И действительно – Всевышний слышит наши молитвы – в этом году по приглашению Всемирной мусульманской лиги нам удалось осуществить это паломничество! И я очень благодарна Всевышнему Аллаху, что Он послал нам такую возможность.
 
Как известно, хадж – это не только великое, приятное, но и опасное путешествие. Насколько мы знаем, много раз во время хаджа происходили страшные несчастья, трагедии – то давка, то пожар, то эпидемии. Вы не боялись? Вас не одолевали мысли, что такое может случиться?
–  Конечно, определенные опасения, связанные со сложностями, которые могут быть в жизни паломника, у меня были.  Тут есть несколько моментов, о которых я бы хотела сказать. Во-первых, есть сложности, которые происходят всегда, которые являются, так сказать, необходимыми испытаниями хаджа, потому что очень много людей собирается в одном месте и, безусловно, конечно, есть проблема каких-то инфекций, заболеваний. Поэтому многие люди на лице носят защитные марлевые повязки, чтобы избежать большого количества инфекций. Конечно, в хадже многие простужаются – из-за того, что много кондиционеров, пьют холодную воду из-за того,  что очень жарко. Поэтому, конечно, такая опасность там существовала, и мы тоже ее не избежали  – мы там тоже немножко простудились. Но, слава Богу, все быстро прошло. Что касается всяких происшествий, связанных с техническими  особенностями организации хаджа, то мне кажется, что сейчас организаторы хаджа учли все те отрицательные моменты, которые были раньше. И нам фактически удалось избежать нахождения в большом скоплении людей. Мы помнили про те, экстремальные ситуации, которые были связаны с хаджем, когда например, в джамрате – во время побивания камнями шайтана – погибло много людей. Сейчас джамрат  представляет собой огромный комплекс высокотехнологичных зданий, людские потоки там очень хорошо распределены и вообще проблем с давкой  не было никакой. Конечно, мы старались выбирать время, когда не так много людей, потому что все-таки все эти ритуалы происходят не одномоментно,  можно выбрать время в течение дня, например, до молитвы «магриб» необходимо совершить вот это,  а еще что-то – до другой молитвы. То есть была возможность сходить на джамрат не тогда, когда идет вся масса паломников, а чуть попозже. Мы старались все это учитывать, чтобы не попадать в большие людские потоки. Но в принципе, сейчас это было все легко, доступно и возможно.
 
То есть,  на ваш взгляд, саудовские власти извлекли уроки из тех страшных трагедий?
Безусловно. Мы вообще имели возможность наблюдать за подготовкой и организацией хаджа, потому что Гостевой дом Всемирной мусульманской лиги находится в самой долине Мина, и еще до того, как туда заехали паломники, мы уже жили в этой долине и видели, как там все это происходит – насколько там много всяких различных служб, полицейских.  Масштабы подготовки впечатляли. 
Конечно, самое людное и самое посещаемое место – это сердце ислама Кааба. 
 
Что вы испытали, когда увидели Каабу?
Вы знаете, это совершенно какие-то невероятные эмоции, которые просто захлестывают! В один из моментов обхода – тавафа – мне даже удалось дотронуться до Каабы и почувствовать, как она дышит! Это какое-то необыкновенное восприятие вот этой энергетики, которая идет от Каабы, это просто какой-то подарок от Всевышнего. Очень много чувств испытала! Мне даже сложно об этом говорить, потому что это настолько глубоко, настолько перевернуло все внутри. Вот это ощущение от Каабы остается, и я надеюсь, что Аллах даст пронести его через всю жизнь.
 
Но возвращаясь к теме трудностей хаджа, могу сказать, что к моменту начала хаджа, когда мы уже сделали намаз на начало хаджа, все наши страхи и переживания сразу улеглись каким-то чудесным образом.   Несмотря на то, что мы понимали, что у нас впереди пять дней, связанных с нахождением на Арафа, и Моздалифа, и побиванием шайтана камнями, и тавафом вокруг Каабы, тем не менее, почему-то я испытала там чувство, которое я не испытывала с детства. У меня было ощущение, как будто я в колыбели! Чувство полнейшей безопасности, благополучия и полной безмятежности контексте  вот именно опасности. Это не то, чтобы безмятежность какая-то безмозглая…
 
Наверно, чувство защищенности?
Да, вот именно – чувство защищенности! Дело в том, что паломник в это время абсолютно отстраняется от всех мирских забот. Мы выключали телефоны, чтобы известия из другого, бытового, мира нас не волновали. Паломник полностью погружается в созерцание, молитвы, поклонение, когда тебя ничто другое не отвлекает. И возникает именно ощущение такой полной безопасности, умиротворения, покоя, духовного и душевного равновесия какого-то. Очень благостное чувство какое-то. К сожалению, я не испытываю его в обычной жизни. Но, наверно, так и должно быть. Почему люди стремятся попасть в хадж из года в год, почему они возвращаются  туда? Потому что эти места, связанные и с нашим пророком Мухаммедом (САС), и с предыдущими пророками, они действительно наполняют тебя вот этим светом, этой энергетикой, ощущением связи с прошлым, с историей, и ты прямо это чувствуешь органически, попадая туда. Это, конечно, необыкновенные места!
 
А что бы вы могли сказать про российскую делегацию, в этом году поехавшую в хадж? Или вы были отдельно?
Новости от российских делегаций, которые находились там,  мы получали путем общения с другими паломниками, по телефону или через смс. Но сами мы были в сообществе мультикультурном. И это был тоже очень интересный опыт, поскольку Всемирная мусульманская лига приглашает гостей из всех стран мира. Поэтому нам удалось познакомиться с мусульманами из совершенно разных регионов – там, где традиционно есть ислам, и из стран, где принимают ислам люди – в частности, там было несколько француженок, которые приняли ислам и были такими же конвертитами, как и я, поэтому  у нас на эту тему было общение. Там были люди из самых разных стран мира – из Сингапура, из Японии, Китая, Кении, Камеруна, Конго, США, Канады, из всех стран Европы,  из многих стран Африки. То есть, такое разнообразие, что это было совершенно потрясающе – удалось познакомиться с образом жизни мусульман из других стран, очень многое для меня открылось именно в этом общении. Мы, несмотря на разное происхождение этническое, гражданское, мы все были объединены общей религией. И вот это ощущение мусульманского братства, вот этого единства, оно,  конечно, очень впечатляет! Несколько миллионов паломников из разных стран мира, которые объединяются здесь и которые ощущают вот эту вот энергетику, и вот эту связь с Богом, произнося формулу «Вот я перед Тобой, Господь, вот я перед Тобой!» – все вместе это говорят, чувствуют, проживают. Вот это единство – это очень мощный такой фактор, и его удалось почувствовать сполна. 
 
А вы вместе с мужем за руку обходили Каабу или мужчины и женщины отдельно это совершают?
– Во время обрядов хаджа мужчины и женщины смешаны.  И я обратила внимание, что супружеские пары обходят, именно держась за руку. Очень многие мусульманские пары держат друг друга за руку, и это очень трогательно выглядит, видно сразу, что это супруги. И это очень энергетически значимый эпизод  – быть в этом месте, в этой ситуации вместе со своей половинкой, потому что вот эта энергия не то, что удваивается, а десятикратно умножается!
Кроме того, была очень интересно построена женская часть Гостевого дома Всемирной мусульманской лиги, потому что с женщинами все время проводились занятия по чтению Корана, по этике, намазу, другим религиозным предписаниям.  
 
Вы общались на английском?
Общение было совершенно потрясающим, потому что организаторы говорили исключительно на арабском языке, а потом мы уже переводили это все друг другу на целый ряд языков. Например, с арабского языка марокканка переводила мне на русский, я переводила это уйгурке, которая приехала из Китая, но живет в Казахстане и знает русский язык, уйгурка переводила это другой уйгурке, которая знает уйгурский и живет в Турции, а уйгурка, живущая в Турции, переводила это на турецкий турчанке.  То есть одновременно было задействовано очень много языков, мы все время были в этой активной фазе общения. Во время праздника «Курбан-байрам» нас попросили рассказать о том, как празднуется Курбан-Байрам в стране, откуда мы приехали. Я рассказывала о российских традициях празднования Курбан-Байрама. Японка – о японских, кенийка – о кенийских. Это тоже было очень интересно, потому что все мы разные. И какие-то моменты были общими, которые нас объединяли, а какие-то носили вот эту культурную специфику. 
 
Еще меня поразило, как там сильно заботились о женщинах. Существует много стереотипных представлений о тяжелом положении женщин в мусульманском мире, которые там совершенно развенчались – мы чувствовали там себя принцессами и королевами.  Нам все время дарили какие-то подарки. Нас все время старались избавить от каких-либо забот, организовывали нам питание. У женщин были отдельные лифты. Если  лифты были общие – мужчины шли по лестнице. А женщин пропускали в лифт, и так далее. То есть, было очень много этого гендерного момента, который мне тоже было интересно посмотреть. Была женская половина, где жили одни женщины, у нас была женская столовая, и была мужская половина, где жили мужчины. У  них тоже была столовая. Там же, при Гостевом доме, были мечети – мужская и женская.  То есть, пространство там очень четко разграничено, и женщины  с мужчинами в бытовой жизни не перемешивались. И мы имели возможность сами организовывать там свое пространство женское. 
 
  – Ольга, а как вы пришли к исламу? Во сколько лет вы поняли, что это ваша религия?  Насколько я помню, вы относитесь к какой-то кавказской народности. Расскажите немножко  себе.
Мое происхождение представляет какую-то смешанную этническую мозаику. У меня предки, действительно, с Кавказа – представители удин. Удины – это христианский народ, проживающий на территории современного Азербайджана, в окружении мусульман, но сохранивший свою религиозную идентичность, свою веру, религию. Интерес к исламу у меня проснулся достаточно рано. Дело в том, что я [как этнопсихолог] очень много провела исследований  на Северном Кавказе среди мусульман, меня всегда интересовала эта религия, как она взаимодействует с традициями, как она исторически появилась на этой территории.  У меня очень много друзей с Северного Кавказа. Я там часто бывала и бываю. Поэтому у меня давно созрел интерес к исламу и желание стать мусульманкой. Но в силу разных обстоятельств  период раздумий и размышлений на эту тему и, скажем так, понимания себя в этой религии был достаточно долгим. Поэтому непосредственно сам момент принятия религии произошел уже после 40 лет. Тем не менее, я уже мысленно настолько была в этой религии, что даже мой на тот момент 13-летний сын, когда я сказала ему, что приняла ислам, он посмотрел на меня с удивлением и сказал: «Мама, я думал, ты ведь  всегда была мусульманской веры». Но когда он увидел, что я начала соблюдать все религиозные предписания, тут он понял, что значит «принять ислам». И с тех пор прошло уже больше пяти лет, слава Богу.
 
Что бы вы хотели пожелать нашим радиослушателям, которые хотят совершить хадж, для которых это еще не осуществленная мечта?
– Ну, во-первых, я искренне желаю всем радиослушателям, кто не был еще в хадже, обязательно попасть в хадж, иншалла. Самое главное, что надо для этого делать – это доа (молитва). Потому что Всевышний нас слышит, и наши искренние молитвы Он принимает, и Он откроет дорогу в хадж, тем, кто туда хочет, собирается, кому это очень нужно, необходимо. Поэтому надо просто делать доа, чтобы Всевышний облегчил хадж.  И появляются такие возможности!  Вот в этом году так сложилось, что у очень многих моих близких друзей и знакомых неожиданным образом открылись дороги в хадж. И супружеские пары поехали в хадж, и другие мои коллеги по нашей «Ассоциации психологической помощи мусульманам» тоже. Причем, все говорили о том, что совершенно неожиданно вдруг откуда-то пришло приглашение. Да-да! От Всевышнего, конечно! Всевышний нам открывает дорогу, если мы действительно искренне просим об этом и мы готовы уже к этому совершению. Потому что по своим впечатлениям я могу сказать, что первые годы принятия ислама у меня не было этой готовности – у меня было больше страхов и опасений, чем понимания того, зачем это нужно. Надо было прожить и иметь определенный духовный опыт, чтобы осознать смысл этого действия, чтобы оно глубоко проникло в тебя. Поэтому это придет тогда, когда человек уже будет готов к хаджу, когда это будет необходимо, станет возможно и совершится наилучшим образом, иншалла. 
 
Спасибо вам большое за это интервью и за все, что вы делаете для мусульманского сообщества. 
– Спасибо и вам, дорогая Аида. Я очень хочу, чтобы все испытали эти чувства, и чтобы милость Всевышнего всегда была рядом с нами.
 
Дорогие радиослушатели, сегодня гостем нашей программы была хаджи Ольга (Алия) Павлова, доцент кафедры этнопсихологии и психологических проблем поликультурного образования МГППУ, председатель правления  Ассоциации психологической помощи мусульманам. Беседу вела Аида Соболева. Мы будем рады вашим откликам и с удовольствием ответим на ваши вопросы. Пишите нам на сайт www.parstoday.com/ru 
Всего вам доброго! 
 

Тэги

Октябрь 07, 2018 07:28 Europe/Moscow
Комментарии