• Почему Иран не выходит из «ядерной сделки»?

В мае этого года, президент США Дональд Трамп совершил ещё один шаг, способствующий дестабилизации обстановки на Ближнем Востоке.

Речь идёт о выходе Вашингтона из т.н. «ядерной сделки» или как её называют СВПД – политическое соглашение между Ираном и странами-«шестёрки» - пяти постоянных членов СБ ООН и Германии. Соглашение было подписано в июне 2015 года после длительных переговоров, которые длились долгие годы. Стороны не могли всё время достичь консенсуса в вопросе иранской ядерной программы.
 
На протяжении долгого периода времени со стороны стран Запада в отношении Ирана вводились санкции, которые были направлены на дестабилизацию внутренней обстановки в Исламской Республике. Тем не менее, администрация Обамы всё же приняла решение пойти на компромисс, тем самым сев за стол переговоров. Обуславливалось это в первую очередь тем, что поставленные цели в отношении Ирана так и не были достигнуты.
 
Изначально предполагалось, что с помощью внешнего давления на внутренние процессы в стране, Иран изменит свою внешнеполитическую позицию, в том числе, прекратит помощь Сирии и покинет регион. Действительно, санкции оказывали вред иранской экономике, были определённые сложности связанные, в частности с девальвацией иранской национальной валюты, высокой инфляцией и прочими факторами. Однако Исламская Республика традиционно ставила национальные интересы и вопросы обороны и безопасности превыше экономических выгод. Таким образом, Тегеран свой внешнеполитический курс так и не сменил. Тем не менее, с приходом к власти в Иране президента Хасана Роухани в 2013 году, появилась надежда на скорое снятие санкций путём небольших уступок со стороны Ирана.
 
Уступки в то же время не должны были нанести ущерб безопасности ИРИ. Впервые за 35 лет, в 2013 году состоялся телефонный разговор президента США с президентом Ирана, причём по инициативе американской стороны. Обама решил пойти на этот шаг, несмотря на отказ президента Роухани встречаться с ними на площадке ООН в Нью-Йорке. Впрочем, этот существенный сдвиг дал надежду на новое развитие отношений между двумя странами. После этого события, встречи в формате «5+1» с Ираном стали интенсивными: уже в ноябре того же 2013 года в Женеве было подписано промежуточное соглашение по иранской ядерной программе. Согласно этому промежуточному соглашению, Иран не только ограничил свою ядерную программу, но и предоставил инспекторам МАГАТЭ доступ к своим ядерным объектам. Таким образом пошёл процесс размораживания отношений между Ираном и Западом. Разумеется, такое развитие событий не устраивало главных соперников Ирана в регионе, а именно Израиль и Саудовскую Аравию.
 
У Ирана с Израилем отсутствуют отношения на всех уровнях, две страны настроены негативно друг к другу. Поэтому в случае с Израилем, Тегеран не был удивлён раздражительной реакцией Тель-Авива. По сути, не вызвала удивления и реакция Эр-Рияда, который всячески лоббирует антииранские настроения среди стран Запада. Здесь Саудовская Аравия преследует сразу несколько целей. Во-первых, это связано с экономическими интересами страны. В отличии от Саудовской Аравии, Иран на мировой рынок поставляет не только нефтепродукты, но также активно развивает текстильную, пищевую и автомобильную промышленности. Иран готов создать Зоны свободной торговли и стать привлекательным для иностранных инвесторов. Всё это позволит Ирану не только вырваться вперёд, но и окончательно закрепиться в ближневосточном регионе. Такой расклад дел является чуть ли не страшным сном для Саудовской Аравии.
 
Поэтому в Эр-Рияде и Тель-Авиве активно критиковали политику Обамы в отношении Ирана, главным образом из-за уступок в виде подписания «ядерного соглашения». 
 
Тем не менее, СВПД вступило в силу, с Ирана была снята существенная часть санкций, которая позволяет Тегерану свободно развивать торгово-экономические отношения теперь не только с Китаем и другими странами Азии, но и полноценно кооперировать с Россией, странами Евросоюза и теми же США. Европейцы начали активно инвестировать в иранскую экономику, а летом 2017 года американская компания Boeing продала сразу 30 узкофюзеляжных самолётов модели Boeing737Max. В том же 2017 году иранская авиакомпания Iran Air подписала с французской компанией Airbus контракт на поставку 100 авиалайнеров. Подобные соглашения стали возможны лишь после снятия санкций и действия СВПД.
 
Работа данного Соглашения стала возможной после того, как инспекторы МАГАТЭ попали на ядерные объекты Исламской Республики и убедились в том, что страна действительно придерживается всех тех условий договора, под которыми подписалась. Данные инспекторов опираются на тщательную, проведённую ими же экспертизу, очевидные свидетельства, которые имеют место быть. 
 
Как оказалось, пришедшего в 2017 году в Белый дом в Вашингтоне президента Дональда Трампа такое положение дел вовсе не устраивало. Как и во время своей предвыборной гонки, он продолжил и дальше обвинять Тегеран во всех проблемах, которые существуют на Ближнем Востоке, необоснованно назвав его «спонсором международного терроризма». Такая риторика Трампа обуславливается несколькими очевидными факторами. В первую очередь, это внутриполитический кризис, который сегодня имеет место быть в США. Связан он с недоверием американского электората, и безосновательным подозрением о тесном сотрудничестве администрации Трампа с российской разведкой. К тому же, американское общество не до конца представляет себе какова стратегия развития страны у американского президента.
 
В этом случае, Трампу необходимо подыскать образ т.н. «врага», который может представлять угрозу США и с которым необходимо бороться. В случае с Ближним Востоком, Трамп решил выбрать для себя мишень под названием «Иран». Наверняка определиться с таким выбором ему помогли симпатия к Израилю, а также тесные контакты с Саудовской Аравией, которой он, по сути, простил убийство американского политического обозревателя, выходца из Саудовской Аравии Джамаля Хашогги. Ещё одним ударом по позиции Трампа стало резкое недовольство союзников по Евросоюзу, которые отказались его поддержать и тем самым не ввели вновь санкции в отношении Ирана.
 
Причин здесь может быть несколько. Во-первых, в Евросоюзе убеждены в том, что Иран не нарушал каких-либо обязательств в рамках СВПД. Ведь именно эта причина послужила поводом для Трампа выйти из Соглашения. Во-вторых, европейцы устали во всём поддерживать американцев – мировое сообщество называет ЕС чуть ли не вассалом США, и такая позиция явно не устраивает ни Брюссель, ни Париж, ни Берлин. Не устраивает такой расклад дел даже Лондон, который традиционно является стратегическим союзником Вашингтона. В-третьих, экономическая составляющая европейцев превышает геополитические аппетиты Вашингтона – страны ЕС намерены и дальше инвестировать в иранскую экономику, контакты на государственных и бизнес-уровнях продолжают сохраняться и развиваться. К тому же, на стороне Ирана находятся Россия и Китай, которые и дальше намерены сотрудничать с ИРИ и в рамках этого Соглашения. Иран достаточно прагматично относится к подобным договорам и прекрасно понимает, что «хлопнув дверью», а именно демонстративный выход из «ядерной сделки» может привести к самым непредсказуемым последствиям. Возможно, именно этого добивались и продолжают добиваться в Вашингтоне, а заодно в Тель-Авиве и Эр-Рияде.
 
Цель крайне проста – загнать Тегеран в международную изоляцию, которая не даст возможности Ирану полноценно развиваться в регионе. Более того, Иран является участником крупных международных проектов, например таких как, международный транспортный коридор (МТК) «Север-Юг». Этот проект геоэкономического масштаба будет способен повысить имидж Ирана как страны, которая занимает особое место в транзитном посредничестве между Индией и Россией со странами Европы. К тому же, к этому проекту готовы присоединится и другие стран Азиатско-тихоокеанского региона, следовательно, повысится объём грузоперевозок, а это дополнительный доход в иранскую экономику. Новые американские санкции теперь не смогут быть такими тяжёлыми для Ирана, как это было несколько лет назад. В отличии от ситуации конца 2012-начала 2013 гг., на сторону Ирана выступили страны ЕС, а Москва и Пекин полноценно поддерживают Тегеран. Во-вторых, Иран сумел за короткое время дать старт реформам в собственной национальной экономике, которая будет способна развиваться в обход тех ограничений, которые введены американцами. США продолжат и дальше усиливать антииранские санкции несмотря на продолжающееся противодействие стран Евросоюза. Американцы ставят достижение собственных целей превыше правовых норм международного права, за которые так любят болеть в отношении других стран.
 
В то же время, необходимо признать, что замедление экономических реформ, инфляция и девальвация национальной валюты продолжаются. Но нужно понимать, что за год, 2 и даже 5, экономику, после удушающих страну санкций, которые частично продолжают действовать в отношении страны, не реформировать полноценно. В таких случаях придётся ждать немало лет для восстановления всей экономической системы и только тогда можно будет добиться определённых успехов. 
 
Разрывать отношения легко, а строить всё заново гораздо сложнее. Возможно поэтому Иран и дальше продолжает сохранять своё участие в СВПД, понимая, что этот Договор является на сегодняшний день единственным приемлемым способом для поддерживания экономических взаимоотношений с абсолютным большинством мирового сообщества.
 
Аспирант Центра постсоветских исследований 
ИМЭМО им. Е. М. Примакова РАН, 
российский политолог Фархад Ибрагимов 
специально для Иранского государственного 
информационного агентства «Pars Today»

Тэги

Декабрь 04, 2018 11:15 Europe/Moscow
Комментарии