Апрель 01, 2021 18:03 Europe/Moscow
  • Стратегический сдвиг США на Ближнем Востоке

Шухра Пулаб пишет в статье для иранской дипломатии: Президент США Джо Байден подчеркнув лозунг «Америка вернулась» на Мюнхенской конференции по безопасности, которая состоялась 19 февраля 2021 года с участием европейских лидеров, заявил о своей готовности к пересмотру переговоров по ядерной программе Исламской Республики Иран в формате 5 + 1.

Критикуя региональную политику Ирана, Байден призвал положить конец деятельности Ирана на Ближнем Востоке. Кандидат на должность заместителя госсекретаря США Венди Шерман, которая была заместителем госсекретаря США и политическим переговорщиком США по ядерным переговорам во время президентства Барака Обамы, 3 марта 2021 года, относительно намерения администрации Байдена вернуться к ядерной сделке с Ираном и ее использования в качестве платформы для переговоров по другим направлениям объявил, что ситуация в 2021 году изменилась по сравнению с 2015 годом, когда было подписано СВПД, и поэтому с геополитическими изменениями на Ближнем Востоке Соединенным Штатам необходимо двигаться вперед.

Ближний Восток - это регион, который часто был свидетелем войн, конфликтов и угроз безопасности, и ряд инцидентов происходит постоянно. Результат решения США со времени президентства Барака Обамы сократить свое влияние на Ближнем Востоке и оставить судьбу региона в руках стран региона, привел к активности большего числа политических субъектов с конфликтующими интересами, наряду с усилением различной динамики, и привел к нарушению политического баланса на Ближнем Востоке и изменению региональной геополитики.

Миролюбивая позиция Обамы предоставила России, Ирану и Турции возможность влиять на региональные проблемы, о чем свидетельствует влияние трех стран в Сирии. Прокси-войны, как в Сирии, являются примерами действий за пределами границ страны, где способность контролировать другие страны стала обычной, но жизненно важной моделью на региональной арене для поддержания баланса сил в регионе, угрожая независимости и суверенитету других стран. С того момента до настоящего времени усилия по расширению сферы влияния привели к формированию новой геополитической модели в регионе, в которой страны действуют с точки зрения национальной мощи и вдали от своих политических границ.

Поскольку вакуум региональной или глобальной державы может привести к появлению держав, которые недовольны статус-кво в международной системе в форме ревизионистского правительства, стремящегося изменить или положить конец существующей системе и проводить политику на региональном или глобальном уровне, они могут влиять на распределение сил в своих собственных интересах, администрации Байдена, похоже, нужны разные инструменты для реализации своей стратегии по уменьшению бремени американского присутствия на Ближнем Востоке при одновременной защите жизненно важных интересов.

Формирование ревизионистской идеи открыть путь для действий в региональной среде с международными последствиями можно исследовать с помощью нескольких переменных:

Первая переменная - это появление в регионе ревизионистских сил, согласно которым Иран смог стать важным игроком на иракской политической арене после изменений так называемой «арабской весны» и распространить свое присутствие и влияние в Сирии, Йемене и Ливане. Иран имеет региональный вес с точки зрения его уникального геополитического положения на Ближнем Востоке и международный вес с точки зрения соединения энергетических полюсов Каспия и Персидского залива, и объявив о своей ядерной программе, он получил признание в качестве влиятельной силы в регионе и в мире. Неповиновение Ирана западным державам в отношении обогащения урана стало острой проблемой в течение последних трех сроков и текущего срока президентства США, вызывая обеспокоенность у соседних стран, которые имеют стратегические отношения с США в частности и с Западом в целом.

Турция со своими нео-османскими идеями и, следуя примеру Ирана, с целью стать крупным игроком в региональной конкуренции, провела решительные военные операции в Сирии, Ираке и Ливии, перетащив эту игру в Восточное Средиземноморье.

Кроме того, Израиль попытался в союзе с небольшими странами Персидского залива обеспечить возможность мирного подъема от Средиземного моря на восток до Персидского залива и укрепил свой фронт против региональной мощи Ирана.

Вторая переменная может быть связана с увеличением параллельных структур надрегиональной власти, таких как Россия и Китай, поскольку Россия ускорила формирование новых событий и конфликтов в регионе, убрав Соединенные Штаты с арены сирийской гражданской войны. Расширение присутствия Китая на Ближнем Востоке, которое в основном осуществляется за счет экономического и инвестиционного взаимодействия и широко приветствуется в регионе, а также инициатива «Один пояс, один путь», направленная на соединение Китая с Центральной Азией, Ближним Востоком и Европой, считалось институциональной структурой чтобы конкурировать с Америкой. Китай путем строительства базы в Джибути и строительства порта в регионе Индийского океана следит за ситуацией на Ближнем Востоке, якобы для коммерческого использования, но с военной  потенциальной мощностью. Президент Китая Си Цзиньпин объявил на 19-м Национальном конгрессе Коммунистической партии в 2017 году, что Пекин теперь может «быть в центре мира» и действовать как замена Соединенным Штатам. Второй командующий вооруженными силами после президента генерал Сюй Цилянь, 8 марта призвал к увеличению военных расходов своей страны, чтобы подготовиться к войне с Соединенными Штатами.

Россия с военным присутствием в Сирии также использовала активную внешнюю политику на Ближнем Востоке как важную часть своей ревизионистской стратегии с целью восстановления своих позиций в качестве крупной державы, испытывающей агрессивные тенденции в Грузии и Украине. Китай является торговым партнером России номер один и вторым по величине покупателем российской военной техники, а взаимозависимость от энергоносителей через газопровод «Сила Сибири» помогла укрепить экономические связи между двумя странами. Расширение сотрудничества между Китаем и Россией в области военных и передовых технологий, совместная работа в области искусственного интеллекта и биотехнологий бросят вызов Соединенным Штатам.

Третья переменная будет результатом взаимодействия между первой и второй переменными, в котором, в отсутствие решающей и эффективной силы и влияния США, соперничество между противниками и союзниками Вашингтона обострилось, что обратило их в Россию или Китай. В этой переменной геополитическое соперничество между региональными державами, объединяющее поддержку российского военного сотрудничества и китайских экономических стратегий, ослабило политику и поставило под вопрос участие США в регионе. Если Иран примет участие в ответных действиях против Соединенных Штатов, объединившись с сетью силы или в крупном союзе с Россией и Китаем в Евразии, а также учитывая размытие двусторонних отношений между Турцией и членами НАТО в результате решения Анкары купить российскую систему ПВО С-400 являются примерами этой переменной.

В результате, поскольку геополитический пересмотр разочаровавшихся великих держав часто приводит к эскалации международных конфликтов и даже войн, возможность эскалации конфронтации и конфликта в регионе не исключена. Таким образом, инструменты противостояния Соединенных Штатов и противодействия серьезным вызовам, вызванным подъемом ревизионистских правительств и соперничеством надрегиональных держав, не работали должным образом, а усилия по управлению региональными проблемами остались нерешенными в соответствии с противоречивыми директивами. Поэтому, по мнению Венди Шерман, с учетом геополитических изменений на Ближнем Востоке США необходимо смена курса.

Цель правительства Байдена, которая может стать его доктриной по Ирану, состоит в том, чтобы использовать дипломатию для взаимодействия с Ираном и создания возможности для возобновления сотрудничества на проблемном Ближнем Востоке, чтобы положить конец прокси-войнам и нормализовать торговлю. Используя дипломатические средства, администрация Байдена пытается добиться геополитического импульса в отношениях с Ираном за счет реконструкции ядерной сделки, которая также могла бы преодолеть региональное влияние России и Китая в контексте нормализации отношений между Вашингтоном и Тегераном.

Если Байден не сможет использовать инструменты, необходимые для разрешения конфликта на Ближнем Востоке, он должен быть готов принять новый мировой порядок, в котором ревизионистские правительства смогут переписать международное право и нормы в свою пользу, коренным образом изменив региональную динамику власти.

Тэги